После дождя (СИ), стр. 15

- И ты не знал об этом, разумеется? До того, как я принёс тебе эти чудесные новости?

- Слушок прошёл, но не более!

- Тогда потрудись, чтобы от тебя этот слушок не разошёлся.

- Не разойдётся!- с подобострастием кивнул Алан.

Он не виноват. Абсолютно не виноват. Он жадная сволочь, которая наслаждается течением золота из его лавки и обратно. Но он не виноват.

В который раз последняя сволочь выходит из- под подозрений без единого движения или попытки оправдаться.

Только в Веспреме сволочность, лицемерие и жажда наживы могли быть залогом невиновности.

Но ему нужно было удостовериться. Просто удостовериться, что этот сжавшийся перед ним старик не может ничего, кроме как запугивать Рином своих клиентов.

- Ты слышал что- либо о бывших солдатах из Келмора?- резко бросил Баэльт, и, когда Алан растерянно открыл рот, ударил рукой по стойке.- Живо!

- В первый раз слышу, в первый раз!- взвыл Алан.- Когда ты стал таким, Мрачноглаз?! Пугаешь не самого лучшего, но всё же старого и слабого человека!

Действительно, задумался Баэльт, когда. С Гусом он говорил далеко не так. Неужели он так повёл себя со стариком лишь из- за какого- то непонятного и ему самому чутья?

А что, если жадный до денег ростовщик, самый очевидный вариант, и был убийцей?

Однако Баэльт прекрасно знал, что это не так. При всей низости своей природы, Алан Деннетро не обидел бы ни одно живое существо. Хотя мог отвалить приличную сумму Рину за то, чтобы тот попугал его должников. Попугал – но не более.

И вряд ли ради шестисот монет он станет менять принципы. Лицо Алана, побледневшее, медленно возвращало цвет.

Они молчали, глядя друг на друга. В лавке были слышны лишь тихий треск лучины, приглушённые голоса Херольда и его клиента из- за двери и шум улицы, что глухо пробивался в лавку.

- Я верю, что ты не виноват,- вздохнул Баэльт, сгоняя с себя маску угрозы.

- Я рад этому, Баэльт, честное слово, рад,- выдохнул Алан, медленно проводя пятнистой рукой по своему старому лицу и размазывая чернила по скуле.- Не хотел бы я быть тем, кого ты всерьёз подозреваешь, видят боги. Кто тебе платит в этот раз?

- Кое- кто,- буркнул Баэльт, размышляя.

- Кое- кто? Ладно, демоны с ним, с этим кое- кем, не моё дело… Чего молчишь- то?- осторожно спросил старик, протягивая руку к бумагам и перу.

Баэльт бросил быстрый взгляд на его седые волосы. На глубокие морщины. На выцветшие глаза, которые явно повидали многое.

Пожалуй, если у кого спрашивать, то у него.

- Скажи мне, пожалуйста,- он едва не поперхнулся от осознания того, что говорит.- У тебя когда- нибудь было чувство, что всё, что ты делаешь, бессмысленно, глупо и неправильно? Что ты потерялся? Что ты идёшь не туда? Что у тебя были тысячи шансов, а ты все их упустил из- за своей глупости и упёртости?

Алан поднял на него живые глаза и медленно покачал головой.

- Это называется жизнью, Мрачноглаз. Кто- кто, а ты должен понимать её правила. Хорошего тут будет гораздо меньше, чем плохого. Ты читал Траллера?

Баэльт наморщил лоб. Имя тронуло край его разума узнаванием.

- Траллер? Погоди… Драматург. Из Нирноса. Читал пару раз.

- Тогда ты должен помнить его великую фразу,- старик виновато улыбнулся и откашлялся.- «Человек, фэйне, аргринг, нидринг – любой, кто рождён разумным, обречён на страдания. И страдания есть привычный удел всего мыслящего. Богатый, бедный, здоровый, больной, слабый, могущественный – никто не избежит их гибельных прикосновений». А страдания, как и следующее за ними безразличие – прямой путь туда, где ты сейчас.

Пару мгновений Баэльт оторопело стоял и глядел в пол.

А затем благодарно кивнул и, развернувшись, зашагал в сторону выхода.

Опять под дождь, опять скользить то между людьми, то по переулкам…

Он приоткрыл дверь и слегка замер, когда звуки живущего города наполнили его уши.

- Алан,- бросил он через плечо.

- Что?- настороженно поинтересовался ростовщик.

- Спасибо,- тихо попросил Баэльт, выходя.

Глава 7

Таверну «Счастливый удар» никогда не была приятным местом. Дешёвая дрянная еда, дешёвая дырявая крыша над головой. Под стать посетителям – дешёвым, пропащим людям.

Запах дешёвого плакта непривычно раздражал нос, заставляя Баэльта кривиться. Как и шум – бешеный рёв, стук кружек и костей по столам, пьяный хохот и пьяный плач. И всё это под шелестящий стук дождя по крыше и стёклам.

Дым носился по всей общей зале, перемешиваясь с запахами пота, хмеля и крови.

Знакомый запах. Запах лёгких денег и преступлений.

Какой- то ревущий и залитый пивом детина наткнулся на Баэльта. Юстициар легко отскочил в сторону, позволяя пьянице провалиться в воздух мимо него.

Он не хотел проблем тут. По крайней мере, пока.

Он проталкивался через череду потных спин и задираемых в хохоте голов. Наконец, он пробрался в самый дальний угол залы, к узкой лестнице.

Лестнице, которую загораживали трое ушлого вида типов. Они развалились перед ней на стульях и ящиках, весело болтая и кидая кости.

Когда Баэльт, в распахнутом чёрном плаще и слегка приподнятой шляпе, вынырнул из толпы перед ними, все трое лениво подняли взгляд на него. Их руки потянулись к оружию, что было заботливо отставлено в сторону от них.

- Надо же,- протянул один из них, указывая на болтающийся на шее медальон.- Юстициар.

- Мрачноглаз,- поправил другой. Он слегка улыбнулся Баэльту, обнажая гнилые зубы.- Это похлеще, чем псы.

- Я бы хотел увидеться с Железными Руками,- мрачно бросил Баэльт. Боги, а ведь раньше он бы только за их вид отправил бы их либо в тюрьму, либо в бездну.

- Ну так увидься,- равнодушно пробурчал первый, указывая рукой в сторону лестницы.- Только железку оставь,- он кивнул подбородком на меч Баэльта.- Никто не хочет, чтобы ты порезался.

- Верно. Я ужасно неловкий,- кивнул Баэльт, отстёгивая меч.- Иногда до того, что с мечом падаю на кого- нибудь.

- Не расстраивайся,- утешительно кивнул третий.- Мы тут все такие неловкие.

Баэльт передал ему перевязь с мечом, и первый громила слегка выдвинул полосу стали из ножен.

- Отличная сталь, отличная. Фэйнийская ковка? Фехтовальная гарда, идеальная балансировка, сердцевина из стали и пластины из…- бормотал он себе под нос.

Юстициар бросил на него быстрый взгляд. Кто бы мог подумать, что тут окажутся ценители изящного искусства ковки мечей?

Впрочем, кто в этом городе не уходил от своего начального ремесла, понимая, что ремесло кинжала и топора будет гораздо легче?

Пока первый едва ли не любовно укачивал клинок, второй встал и обыскал его, хлопая руками по бокам и ногам. Достав кинжал из сапога, головорез кивнул.

- Вот теперь уже можешь идти,- приветливо кивнул он в сторону лестницы.

Старые ступеньки угрожающе скрипели, грозясь провалиться прямо под его ногами. Однако это не особо его интересовало.

Его интересовали крики боли, что раздавались сверху.

Шум общей залы едва доносился до второго этажа. Здесь стояло ещё трое – рассевшиеся поперёк коридора за столом, они кидали кости и двигали фигурки по резной доске.

- К Железным Рукам?- рявкнул один из них, не отрываясь от игры.

- Да,- ответил Баэльт.

- Дверь…- его прервал вопль боли.- Дверь направо.

Юстициар кивнул и толкнул указанную дверь.

А тут уже четверо, отстранённо подумал он, оглядывая тёмное помещение.

Правда, двое из них держали третьего, а четвёртый, высокий и даже изящный, впечатывал кулаки в живот третьему.

- Итак,- спросил фэйне, отходя на шаг а затем резко разворачиваясь и вновь с силой вбивая свой кулак в живот несчастного.- Ты думал, что можно просто взять и обокрасть меня?

- Аы- ыу,- просипел в ответ избитый. Баэльт часто видел избитых людей, и этот был избит мастерски.

- Так вот,- удар.- Нельзя просто так взять и обокрасть меня,- ещё один удар.- Ну как, юстициар, нравятся мои методы борьбы с преступностью?